Статьи Христианство на Кавказе. Страницы истории

Христианство на Кавказе. Страницы истории

Кавказ – один из древнейших очагов цивилизации. Достаточно перечислить несколько древних протогосударств и государств: Урарту, Армения, Кавказская Албания, Грузия... Мы знаем по древнегреческим мифам, что титан Прометей за то, что подарил людям огонь, был прикован к Кавказским горам, и орлы клевали его печень. Мы знаем про древних аргонавтов и золотое руно, про их опасное морское путешествие в Колхиду. На Кавказе сохранилось огромное количество памятников неолита... Основательные упоминания о кавказских народах мы находим и в древнегреческих, и в древнеримских, и в персидских источниках, и в Библии.

С кавказскими народами соприкасались греческие колонии-полисы, начиная с VII в до н.э. Христианская религия пришла на Кавказ в то же время, что и в Грецию, и Рим. Первые проповедники Андрей Первозванный и Симон Кананит пришли сюда в I веке после Рождества Христова. Вскоре на Кавказе  стали появляться небольшие христианские общины. Они росли, обретали силу. Вместо маленьких пещер и укрытий приверженцы новой религии стали строить храмы. Первым царством, принявшим христианство в качестве государственной религии, была Армения. Это случилось примерно в 301 году, волей царя Трдата III.

За Арменией последовали Кавказская Албания и Грузия, также ставшие одними из древнейших христианских государств в истории. В IV веке в Дербенте уже были христианские церкви. На Тамани — Ильичевское городище, где стоял гарнизон гото-алан в IV веке. В  Крыму — в Херсонесе Таврическом. В Абхазии — на побережье. 

Что касается Северного Кавказа, то первая миссия, которая нам известна, относится к 522 году. Один из древних сирийских авторов упоминает, что епископ Арана из Кавказской Албании вместе с семью священниками прибыл на Северный Кавказ (нынешний Дагестан), в область, где были расселены гунны. Под гуннами древние авторы понимали все кочевые племена. Сейчас археологи и историки идентифицируют их с савирами. На Кавказе действовали более 8-ми христианских епархий: Аланская, Абхазская, Зикхская (черкесы), имелись епархии в Дагестане и у савиров.  

Расскажем о них подробнее.

Крещение черкесов

Черкесы (зикхи, зихи) сыграли яркую роль в развитии христианства на Кавказе. Речь идет и о православии, и о католичестве. На многих этапах история христианской церкви этого народа пересекалась с историей нашей страны.

Итак, учение Христа стало проникать на Кавказ в те же века, что и в Римскую империю. Северо-Западный Кавказ пережил две волны христианизации. Первая волна – православная – относится к VII-XIII вв. и связанна с влиянием Византийской империей. Вторая волна – уже католическая, и связана она с появлением в этом регионе в 1260-е – 70-е годы большого количества генуэзцев и других уроженцев Апеннинского полуострова. Этот период длился более века и привел к распространению католичества в Зикхии-Черкесии.

Кстати, соседняя приморская Абхазия частично была подконтрольна римлянам, и туда ссылали гонимых христиан из Палестины и Рима. Согласно источникам, апостол Андрей Первозванный проповедовал христианство среди алан, абхазов и зикхов. Самые древние свидетельства о проповеди апостола Андрея относятся к началу III века. Одно из них принадлежит святому Ипполиту, епископу Портусенскому (около 222 года), который в небольшом сочинении о двенадцати апостолах рассказывает следующее: «Андрей, после того как проповедовал скифам и фракийцам, потерпел крестную смерть в Патрасе Ахейском, будучи распят на дереве масличном, где и погребен». Неслучаен факт распятия на дереве, ведь язычники-друиды крепко помнили об уничтожении священных рощ христианами. Шла борьба за умы и сердца… 

У другого автора того времени, знаменитого Оригена (200-258) отмечено: «Апостолы и ученики Господа и Спасителя нашего, рассеявшись по вселенной, проповедовали Евангелие, и именно: Фома получил в удел Парфию, Андрей – Скифию, Иоанну досталась Азия». Со временем миф об Андрее закономерно обрастает подробностями. Святой Дорофей (307-322), епископ Тирский, сообщает: «Андрей, брат апостола Петра, протек всю Вифинию, всю Франкию и скифов (или, как в другом списке, всю приморскую страну Вифинии, Понта, и Франкии, и скифов), проповедуя Евангелие Господа; потом достиг великого города Севаста (или Севастополиса, римское укрепление на месте современного Сухуми – прим.), где находится крепость Аспар и река Фазис (ныне Риони), у которой обитают внутренние эфиопы; погребен в Патрасе Ахейском». Упоминание эфиопов вызвано старой греческой легендой о египетском происхождении колхов.

Наиболее существенным является сообщение автора начала IX века Епифания Кипрского о том, что Симон и Андрей отправились в Силанию (Албанию) и в г. Фусту. Обратив там многих в христианство, они побывали и в Севастополисе (Сухуми). Андрей, оставив там Симона, «ушел в Зикхию. Зикхи – народ жестокий и варварский, и доныне (т.е. до начала IX в. – прим.) наполовину неверующий. Они хотели убить Андрея, но, увидя его убожество, кротость и подвижничество, оставили свои намерения», Андрей ушел от них в Сугдею (крымский Судак). Особое внимание к зикхам в этом источнике вызвано их усилением  в V веке и превращением Зикхии в самое сильное политическое образование на Северо- Западном Кавказе. Эта полукочевая страна в V веке приобретает совершенно особое значение в политике только что народившейся Византийской державы. Крым был визайтинским так же, как и абхазские княжества, лежавшие к югу от Гагринского прохода (в терминологии того времени – Абазгия и Апсилия). С геополитической точки зрения было необходимо сомкнуть цепь византийских фортов и включить хотя бы побережье Зикхии во владения империи. Миссионеры выполняли роль военных разведчиков, «прощупывали» тот народ, который предстояло завоевать. Очень любопытные те штампы, которые воспроизводились в отношении зикхов в христианских (византийских и грузинских) источниках V-X веков. Так, раннесредневековый картлийский летописец Мровели, характеризуя царя Мирвана I, отмечал, что он «жестокий  как джик». Жестокость считалась характерным качеством зикхов (джиков). Джиками даже стали называть горных барсов. Этот негативный штамп – свидетельство крайне настороженного отношения адыгского населения к миссионерам. Особых успехов в первые века деятельность миссионеров не имела, так как в Зикхии существовала собственная развитая языческая доктрина. Первые сообщения об успехах в распространении христианских верований у зикхов относятся к VI веку и связаны с влиянием Византийской империи. Это обстоятельство отмечается авторами первого тома истории народов Северного Кавказа. Заинтересованная в создании прочного барьера вдоль своих границ, Византия предпринимала усилия для насаждения христианства на Северо-Западном Кавказе вообще, и среди адыгов в особенности. В период правления императора Юстиниана I (527- 565) мощь Византии возросла необычайно: войска империи заняли Италию, северную Африку, Закавказье. «Греческий император Юстиниан, – писал Ш.Б. Ногмов, – по сказанию горцев, Юстин или Юстук, был союзником адыгского народа и даже называл себя адыгским князем. Он прилагал старания к обращению адыгов в христианство... Священник называется у нас шогень, епископ – шехник... Христианская вера процветала в Кавказских горах, будучи поддерживаема греческим духовенством, заменявшим убылых присылкою новых  епископов и священников». Е.С. Зевакин, автор раздела в «Очерках истории Адыгеи», приходит к выводу, что Зикхия имела в средние века четыре епархии: 1) в Никопсисе, отождествляемого с Анакопией, близ нынешнего Сухума; 2) в Матрахе (нынешней Тамани); 3) в Зихополисе, по мнению ряда исследователей – у Геленджикского залива; 7 4) в Фанагории. Спорным является вопрос о месте расположения Никопсийской епархии. Как свидетельствуют археологические данные о районе, где предположительно находился этот город (у села Новомихайловского, близ Туапсе), была крепость, в центре которой располагалось большое каменное здание, напоминающее храм. Спорным остается вопрос о времени возникновения епархий. Вот что по этому поводу пишет Макарий: «Нельзя с точностью определить время основания всех этих епархий. Известно только, что епископ епархий Фанагорской и Зикхской в начале шестого века упоминаются уже присутствовавшими на Соборах: так, Фанагорийский епископ Иоанн присутствовал на Цареградском Соборе в 519 г. и подписался под отношением сего Собора к Константинопольскому патриарху Иоану о возобновлении на священных скрижалях (диптихах) имен некоторых его предшественников, которые он повелел было изгладить, а имя Зикхийского епископа Дамиана сохранилось между подписями Собора Константинопольского бывшего под председательством архиепископа Мины в 526 г. Епархия же Тмутараканская и Никопсийская в уставе Льва Премудрого (894-911 гг.) титулуются уже архиепископиями; последняя, т.е. Никопсийская, именуется так же и в более древнем уставе, известном под именем Епифания Кипрского и относимом к VII в. Две из епархий древней Зихии, находившиеся в Фанагории и в Зихополисе, вероятно, к концу настоящего периода упразднены, потому что об них уже нет упоминовения в уставе Льва императора, и соединены с Тмутараканской и никопсийской, а эти две, как видно из того же устава, принадлежали к числу епархий, но их иерархи пользовались титулом независимых». Макарий необоснованно использует название Тмутаракань в отношении епархии и поселения Таматархи в Западной Зикхии. Речь идет об источнике рубежа IX-X вв, тогда как появление здесь руссов относится к последней четверти X в.

Впервые внимание на существование целого ряда зикхских еперхий обратил известный византист Ю.А. Кулаковский. Занимаясь разбором свидетельств о готской епархии в Крыму, содержащихся в епархиальных отчетах Константинопольского патриархата, ученый обнаружил, что в ряде списков крымские епархии именуются так же, как и епархия в Зикхии с центром в Никопсисе. На протяжении нескольких столетий епархии Крыма назывались зихскими. «Непонятно, – отмечал Ю.А. Кулаковский, – почему Херсон, Боспор и Никопсия носят одно и то же название «Епархия Зихиос», тогда как национальное имя зикхи  принадлежит только одной, Никопсийской епархии». Однако исследовать столь интересную проблему Кулаковский не стал, а полностью сосредоточил внимание на готской теме. В последующее время проблема также игнорировалась, а зикхское христианство подчеркивалось лишь в связи с сильно преувеличенным русским влиянием в XI веке и изложением истории адыгов  этого времени . Проблема зикхской епархии получила всестороннее освещение в специальном исследовании крупного кавказоведа А.В. Гадло. Он отмечает, что в древнейшем епархиальном списке, датируемом 680-681 гг., Зикхскими уже именуются три автокефальные архиепископии, непосредственно подчиненные патриарху Константинополя: Херсон, Боспор и Никопсис. Гадло приходит к выводу, что переименование восточно-крымских епархий было вызвано переподчинением их Никопсии в результате разорения Херсона и Боспора Юстинианом II в 710-711 гг. и последовавшего массового переселения в Восточный Крым зикхов. Отношение императора к зикхам, в стране которых он провел около 10 лет, видимо, было благосклонным. «Все движение нового населения в Крым шло со стороны Тамани, с Кавказа, – пишет Гадло. – И. для его этнической атрибуции очень симптоматично, что в потоке переселенцев вместе с булгарами, носителями салтово-маяцкой археологической культуры, двигались также и сугды, как византийцы называли низовых прикубанских адыгов, исконно обитавших на землях древней Синдики. В начале VIII в. сугды основали в восточной части побережья поселение,  которому дали свое имя – Сугдея (совр. Судак)» . Зикхское население в районе Сугдеи было столь значительным, что при патриархе Германе (715-730) здесь была основана новая епископия. Она вошла в состав Зикхской епархии, но вскоре отделилась от Никопсийской кафедры. В 740 году в Сугдею был направлен епископ Стефан, и его деятельность началась, как повествует Житие, с обращения в христианство соседних селений. Либо это обычный житийный штамп (чем еще заниматься святому среди варваров, если не обращать еретиков в христианство?), либо переселенцы из Зикхии по-прежнему являлись христианами номинально и с трудом отступали от своих языческих верований. В этом плане большой интерес представляет замечание Г. Вернадского о том, что в «Житии» Константина (X в.) говорится о закосневшем в язычестве и в поклонении священному дубу населении города Фулы (совр. Карасубазар в восточном Крыму). «Это, похоже, – пишет Вернадский, – на рассказ об обращении «гуннов» албанским епископом Израэлем в 681-682 гг. Гунны, как и фульцы поклонялись священному дубу, и Израэль, как и Константин, срубил его. Согласно Маркварту, поклонение деревьям было широко распространено среди касогов (черкесов) и абасжан, у которых его заимствовали аланы  (асы)».

 Согласно списку епархий, датируемому самым концом VIII века, Зикхская епархия включает не только Херсон и Боспор, но и Сугдею. Представитель епископии Сугдеи присутствовал в 787 году на Вселенском соборе, чаще известном, как Никейский. Рост христианства в Крыму происходил на фоне понижения статуса старого епархиального центра в Никопсисе. Кафедра Никопсиса была включена в состав Авасгийской (Абазгийской) епархии. На территории зикхской епархии была создана епископия Тамитархи, курировавшая низовье Кубани и вошедшая в состав только что образованной митрополии Готии. Создание епископии в Таматархе было вызвано стремлением византийцев не допустить вхождение кубанских адыгов в Абхазское царство, которое на севере быстро дошло до Туапсе и включило в себя никопсийскую епархию. А.В. Гадло приводит грузинский источник – «Житие Або Тбилели» – написанный как раз в конце VIII века, в котором Никопсис фигурирует как северный предел Абхазского царства. Упадок зикхской церкви на территории Северо-Западного Кавказа продолжился в IX веке. Во второй половине этого столетия Никопсис потерял свою кафедру... И это при том, что весь IX век епархии восточного Крыма именуются зикхскими, а в ряде источников и сам Крым –  Зихией. Восстановление Зихской епархии произошло около середины X века, что очевидно связано как с падением могущества Абхазского царства, так и с русскими походами на Хазарию. Центром Зихской епархии стала Таматарха (Тьмутаракань, современная Тамань). В этот же период отмечается заметное усиление процессов политической консолидации адыгов. Они всегда стремились к контролю над проливом и удерживали Таматарху вплоть до 1022 года (после ухода с исторической сцены Великой Булгарии и ослабления Хазарии), когда ее занял русский князь Мстислав Владимирович. В XI веке Таматарха продолжала выполнять роль епархиального центра для всей страны адыгов, а в политическом плане была еще столицей одноименного (Тмутараканского) русского княжества с неопределенной границей на востоке.

Владычество руссов было не долгим. Ш.Б. Ногмов говорит о захвате города адыгами при поддержке ясов (алан или осетин). Сам Ногмов ясов считал абазинами и это перекликается с сообщением мусульманского источника XII века об обезском князе в Таматархе . В любом случае, уже в начале XII века русское княжение здесь прекращается. А.В. Гадло отмечает, что в 1082-1084 гг. епархия называется то по имени города – Таматарха, то по имени страны и основной паствы – Зиrхия. Еще одно важное заключение Гадло состоит в том, «что появление собственной церковной организации на Руси не затронуло Матрахскую или Зихскую церковь Тмуторокани». И самое главное: «Установление русского княжения в Тмуторокани, по-видимому, вывело Херсон и Боспор, оставшиеся греческими городами, из системы Зихской епархии, что в тот момент, когда Русь принимала в Херсоне (Корсуни) христианство, его церковь еще сохраняла свою связь с Боспором – Зихской церковью Тамани». Косвенно это означает, что русское крещение произошло в Зикхской епархии!  Во время крещения руссов Херсон вряд ли был исключительно греческим городом и его клир вряд ли также был исключительно греческим. О переходе в VIII веке части зикхского клира в Крым пишет и в связи с Юстинианом, и в связи с анализом «Жития» Епифания тот же  А.В. Гадло. На рубеже XII-XIII веков Зикхская епархия, наряду еще с некоторыми старыми епархиями Черноморья, переводится в более высокий ранг митрополии. Этот факт является важным свидетельством признания заслуг зикхской церкви, а также укрепления политической позиции черкесов во всем регионе Северного Причерноморья. В 1204 году крестоносцы захватили центр православия -  Константинополь -  и дотла разорили его. Государство крестоносцев со столицей в Константинополе, так называемая Латинская империя, просуществовало до 1260 года. Весь этот период византийские анклавы, главным из которых стал Трапезунд, остро нуждались в поддержке православных народов – русских, зикхов, абазгов, алан, грузин. В XIV веке византийцы едва сдерживали напор османов и теряли свои земли на Балканах. В этом состоянии они уже не могли поддерживать миссионерскую деятельность, и православие на Северо-Западном Кавказе хирело на глазах. Последнее упоминание о Зикхской православной епархии относится к 1398 году…  «Отсюда (т.е. из Константинополя – прим.), – писал доминиканский монах Юлиан в 1237 году, – через тридцать три дня, прибыли в страну, которая именуется Сихия, в город, именуемый Матрика, где князь и народ называют себя христианами, имеющими книги и священников греческих. Князь имеет, говорят, сто  жен» . Содержание гарема из рабынь-наложниц христианским князем – свидетельство слабых позиций церкви. Да, христианство на Северном Кавказе было необычным, но оно было!

В 1395 году Иоганн де Галонифонтибус, католический архиепископ Султании, писал о религиозном быте черкесов: «Черкесы имеют свой собственный язык и свою письменность (скорее всего, речь - о греческой письменности. - прим.). Что касается их религии, то в некоторых обрядах и постах они следуют грекам, пренебрегая всеми другими сторонами религии, ибо они имеют свои собственные культы и обряды. Вместо сорокадневного поста они постятся пятьдесят дней, так как они выполняют предрождественский и пятничные посты. И это все. В великие посты и воскресенья они даже приносят в жертву животных, мясо которых раздается и поедается, но головы они отдают бедным и старым или же выставляют их на высоких местах, вроде ветвей дерева, что предполагает пищу для духов. Дерево высаживается рядом с церковью, и на него вешают крест, после чего его называют древом господним. На ветвях этого дерева развешивают различные символы, среди которых есть и символы животных; рядом с церковью и упомянутым выше древом господним очерчивается круг, внутри которого никто никогда не посмеет прикоснуться к чему-либо». В этом отчете обращает на себя внимание ряд важных обстоятельств: 1) католический иерарх на рубеже XIV-XV веков, т.е. спустя более чем столетие после основания в Зихии первых генуэзских поселений, свидетельствует о превалировании в регионе православия (в сравнении с католичеством); 2) зихи не следуют православию в полном объеме, имеют свои культы, которым и уделяют больше внимания; 3) зихи – друиды; 4) друидизм переплетается с христианством так, что храм считается освященным главным друидическим объектом поклонения,  «древом господним». Сведения Голонифонтибуса через 10-15 лет после него подтвердил Ганс Шильтбергер: «Земля черкесов, также при Черном море, населенная христианами, исповедующими греческую веру; тем не менее, они злые  люди...».

Степень христианизации различных регионов Зихии не была одинакова. Особенно активно шло внедрение христианства на побережье. В горах успехи миссионеров носили гораздо более скромный характер. Горцы во всех странах мира отличаются приверженностью к собственным традициям и очень неохотно с ними расстаются. Еще менее они расположены изменять религии своих отцов. А при отсутствии унитарного государства христианизация (равно как и исламизация) могут длиться веками. Отношение к новой религии существенно различалось у представителей различных социальных слоев. Известно, что новую религию скорее воспринимают высшие слои общества, стремясь навязать ее своим подданным. Язычество было особенно живуче в крестьянской среде.

Новый важный этап в истории христианской церкви на Северо-Западном Кавказе, как мы уже говорили, начался в 60-70-е годы XIII века в связи с появлением в регионе большого числа генуэзцев и других итальянцев. Появление генуэзцев и венецианцев на берегах Черного моря и на Северном Кавказе обусловлено, главным образом, развитием экономики италийских республик. Города-государства – Генуя, Венеция, Пиза – вступили в период расцвета. В XII—XIII вв. италийцы устремились к берегам Северо-Восточного Причерноморья и основали там множество торговых факторий. С начала XIII и почти до конца XV вв. они едва ли не монопольно осуществляли здесь торговую деятельность, сумев вытеснить с рынка коммерсантов греческого, армянского, еврейского и мусульманского происхождения. Генуэзцы и венецианцы приобрели статус главных торговых партнеров Орды с огромными привилегиями. Свое политическое присутствие в регионе они старались подкрепить внедрением католичества. А православные епархии пребывали в упадке. Крайне немногочисленное духовенство и зикхский клир не могли соперничать с широкими возможностями католиков. Тем более, они не могли конкурировать с монашескими орденами францисканцев и доминиканцев, главной целью которых как раз и было распространение католичества. Сопротивление православных священников было лишено смысла из-за индифферентного отношения к соперничеству двух церквей среди простых черкесов. Распространению католичества в Зикхии уделяли внимание лично понтифики. В 1320 году, при папе Иоанне XXII, в Кафе была основана епископская кафедра. 1333-м годом датируется письмо папы Иоанна XXII, адресованное зихскому князю Верзахту, который был обращен в католичество падре Франческо ди Камерино, проповедовавшим в Восперо (Керчи), где в 1330 г. правил зихский князь Миллен – «усердный приверженец католицизма». Папа благодарил князя Верзахта за «усердие» в пользу католицизма, за распространение новой религии между соседними князьями, оставившими греческую церковь ради католической. Падре Франческо ди Камерино возглавлял доминиканскую миссию в Кафе, которая продолжала  работу и при османах – вплоть до середины XVII века.

Миссионеры старались воспитать местные кадры, и уже в 1349 году черкесский аристократ Жан де Зихи был рукоположен в сан архиепископа Зихии с резиденцией в Матреге, старой столице православной Зихской епархии. Церемония состоялась в Авиньоне (Прованс), где в этот период размещались римские папы: в архиепископы Жана де Зиха произвел папа Климент VI. Интересно, что Жан де Зихи являлся членом конгрегации францисканцев. К середине XIV века в Зихии уже было две епископских кафедры и над ними – архиепископская. Это говорит о широком территориальном охвате и заметных успехах католической церкви в стране адыгов. С другой стороны, такое структурирование, как и ранее в Зихской православной митрополии, было вызвано не столько численностью паствы, сколько децентрализованным состоянием ее политического устройства. Жан де Зихи, по словам Галонифонтибуса, «долго удерживал свой приход, обращая в христианство многих своих  соотечественников». З.М. Буниятов, издавший труд Галонифонтибуса на русском языке, ссылаясь на Г.  Голубовича, отмечает, что Жан де Зихи умер в 1376 году. Мы видим, что сведения Галонифонтибуса отличаются точностью и подтверждаются документами из библиотеки Ватикана, введенными в научный оборот Голубовичем. В предисловии Буниятов пишет, что в 1377 году Галонифонтибус был назначен епископом Нахичевана – так, что между смертью де Зихи и началом карьеры Галонифонтибуса дистанция незначительна. Их можно считать современниками – отсюда и точность сведений.

Еще одно важное обстоятельство, прояснившееся в ходе изучения труда Галонифонтибуса и его библиографии, состоит в том, что архиепископ Зихии-Черкесии не воспринимался папами, как восточный или азиатский. В юрисдикцию архиепископа Султании (в том числе и восьмого по счету Галонифонтибуса) входило католическое население Грузии, Абхазии, Турции (Анатолии), Ирана и Средней Азии (епископские епархии Тифлиса, Севастополя, Табриза, Измира, Сиваса, Самарканда). В этом списке нет Зихии с 1340 года, когда в ней появился свой архиепископ – Жан де Зихи. При всей несоразмерности территорий архиепископатов Зихии и Султании число католиков в них разнилось, скорее всего, не очень сильно, так как в числе паствы де Зихи были сами генуэзские поселенцы. Зихия потенциально могла стать полностью католической страной, а в XVI веке уже номинально стала таковой. Ни от Грузии, ни, тем более, от исламских стран такого эффекта миссионерской деятельности ждать не приходилось. Кроме того, Зихия являлась крупнейшим торговым партнером генуэзцев, которые основали в ней около 40 поселений. А Римская курия не могла игнорировать экономические интересы Генуи. После того как прекратились связи Зихии с Византией (1453 г.) и Генуей (1475 г.), христианским богослужением, видимо, занимались адыгские священники, заменившие греков и генуэзцев. Процесс богослужения осложнялся тем, что местные жители не понимали латыни и греческого. Упоминания об адыгах-священнослужителях содержатся в источниках XVI-XVII веков. Так Дж. Интериано около 1500 года писал о зихах-черкесах, что «священники у них служат, по-своему - употребляя греческие слова и начертания, не понимая их  смысла». Он отмечал, что, адыги принимали крещение «лишь по достижении восьмилетнего возраста и крестят у них по несколько человек за раз простым окроплением святой водой, а священник произносит лишь краткое благословение. Знатные не ходят в храм до шестидесятилетнего возраста, ибо, живя, как и все они, грабежом, считают это недопустимым, дабы не осквернять веру. По прошествии этого срока, они оставляют грабеж и тогда начинают посещать богослужения, которые в молодости слушают не  иначе, как у дверей церкви, не слезая с коня». Если прочесть это свидетельство буквально, то через четверть века после ухода из страны генуэзцев адыги еще имели храмы, но уже не имели грамотных священников.

Во времена Ивана Грозного, когда русские вышли на Кавказ, черкесские князья просили царя Московского прислать денег на восстановление храмов и командировать священников, которых остро не хватало. Второй женой Ивана Грозного была крещеная черкешенка Мария Темрюковна.

Поддержание церкви есть прерогатива знати, но адыгская знать вела такой образ жизни, что вообще не заходила в церковь. А выслушивание проповеди верхом – это яркое свидетельство несерьезного отношения к вере. Неудивительно, что христианство там постепенно ослабевало.  И, если Интериано говорит о том, что храм не посещали всадники во цвете лет, то у де Асколи (начало XVII в.), префекта доминиканской миссии в Кафе, отмечена еще одна яркая этнографическая деталь. Речь идет о непосещении церкви и других публичных мест женщинами  – «из боязни встречи с родственниками» мужа . Таким образом, из активной церковной общины выпадали большие группы населения, которые страшилось нарушить коренные обычаи и нормы приличия. Об обычае избегания миссионер пишет подробно и затем отмечает, «что все эти обрядности существуют поныне у наших латинских христиан в Феччиале, именующих себя черкесами- франками». Представители этой смешанной генуэзско- черкесской общины женились, как правило, на черкешенках. Их родным языком был черкесский: в XVII веке по-генуэзски там уже никто не говорил. У них имелись католические храмы, и они хорошо знали молитвы «Отче наш» и «Богородицу» по-латыни. До прибытия доминиканцев часть черкесо-франков перешла в православие. «Подобно черкешенкам, тамошние женщины, – пишет префект, – не показываются и, даже еще хуже, за все время такой жизни не хотят посещать церковь, из боязни встречи с родственниками, мне не мало стоило уговорить одну из них, после 4-х лет стараний, прийти в церковь. Полагаю, что таким образом и хуже того поступали бы женщины Черкасии, ... черкашенки еще продолжительнее воздерживались бы от посещения церкви, так как у Черкасов нет ни храмов, ни священников, а имеются лишь так называемые шугуены, заменяющие духовных лиц. Эти шугуены умеют читать немножко по-гречески, чему их духовные отцы или сами они научились в Татарии (т.е. Крыму – прим.)... Право, не знаю, отчего священники из других стран не могли удержаться среди них; потому ли, что подвергались ежечасным кражам, так как эти черкасы не щадят никого, или же по причине их убогого и как бы шипящего языка, труднее которого нет другого в мире .... Несколько лет тому назад я уже отправлял туда моего товарища, отца Джованни да Лука, чтобы узнать о положении христианской церкви; местная знать оказала ему почетный и радушный прием и выразила полную готовность принять 34 нашу миссию» . В этом отчете обращает на себя внимание факт явной деградации христианской церкви: в Черкессии 30-х годов XVII века уже нет храмов и нет образованных священников. Но это еще христианская страна: 1) есть сословие шогенов, потомков христианских священников; 2) соблюдаются ряд важных христианских праздников; 3) знать еще не приняла ислам и явно симпатизирует христианским миссионерам. Христианские праздники оказались наиболее живучим переживанием былой христианской эпохи в истории Зихии-Черкесии. И в начале XIX века, согласно Тебу де Мариньи, Пасха у адыгов была «самым торжественным праздником» и у него не оставалось «никакого сомнения в его  происхождении». Он отмечал, что право адресовать Всевышнему пожелания и просьбы нации, принадлежат наиболее старым и достойным. «В Черкесии священнослужители отнюдь не представляют собой какой-то обособленной касты: в молодости они проливают кровь в боях, да и в старости, при появлении неприятеля, они  вновь берутся за оружие». Ж.Б. Тавернье тоже подчеркивал, что «трое наиболее пожилых людей селения заменяют священников (жрецов) и выполняют порученный им обряд». Затем, в 40-е годы XIX века, Л.Я. Люлье констатировал, что многие адыгские праздники носят следы христианства: «Итлес – в буквальном смысле значит «год» и соответствует нашему новому году, потому что всегда празднуется в зимние месяцы. Кутиш – празднуются обыкновенно ранней весной, в соответствии нашей Пасхе. Перед праздником две недели воздерживаются от употребления яиц в пищу, в праздник же яйца составляют непременную принадлежность  стола».

Так мы видим, что христианство в Черкесии было своеобразным, но за несколько веков стало основой культуры этого народа. И игнорировать этот факт нельзя.

Геннадий Жигарев

Арсений Замостьянов

Комментарии ‘0

Для отправки комментариев необходимо авторизоваться