Статьи Старый год или Новый? Дед Мороз или Санта-Клаус?

От серости и однообразия нашей жизни так хочется праздников… Любых! Ну хоть каких-нибудь! Был бы только повод «потусоваться и оттопыриться», говоря на современном молодежном жаргоне. А потому мы всеядны – мы празднуем все и вся: и день всех влюбленных, и откровенно сатанинский хеллоуин, и день святого Патрика с неизменным парадом в центре Москвы… Слава Богу, хоть гей-параду пока дали «отбой»! В этом смысле мы практически шагаем в ногу с Европой (заветная мечта многих и многих наших бывших и нынешних соотечественников), не задумываясь о том, а куда нас, собственно, ведут и могут завести тамошние «дяди и тети»?

 

В последние годы лидерами по бесшабашно-разгульному веселью стали декабрь и январь: страна погружается в праздничное похмелье аж на целых три недели – с католического Рождества до нашего старого Нового года. Это уже стало практически нормой. Как стал обыденным, непременным и почти своим полугном-полудед, который если еще не вытеснил нашего Деда Мороза окончательно, то уже вовсю хозяйничает с ним наравне: хитровато улыбается с витрин магазинов и кафе, приглашает посетить новогодние и рождественские представления и молодежные вечеринки, обещает дешевые покупки на всевозможных распродажах…

 

Так кто же он такой, этот вездесущий и порядком поднадоевший старикашка, которого непонятно почему стали называть Санта-Клаусом? Почему мы празднуем Новый год в последнюю неделю Рождественского поста? Кто придумал нашего Деда Мороза? Когда и кто начал первым праздновать Новый год? Отчего мы отстаем еще и по времени от «Америк и Европ»? Кто привез первую елку в Россию? Кто…

 

Стоп! Давайте обо всем по порядку.

 

КАЛЕНДАРНАЯ ПУТАНИЦА.

КТО ТОМУ ВИНОЙ?

 

По мнению ученых, новый год человечество стало отмечать еще пять тысяч лет назад. Этот обычай зародился в древней Месопотамии: каждую весну улицы городов наполнялись шумными шествиями, карнавалами и маскарадами в честь верховного бога Мардука. У вавилонян эту праздничную традицию переняли греки, затем она перешла к римлянам.

 

В 46 году до Рождества Христова Гай Юлий Цезарь преобразовал календарь, которым затем стали пользоваться все страны, входящие в Римскую империю. Его стали называть юлианским. Год по юлианскому календарю состоит из 365,25 суток. С 45 года до Р. Х. он стал начинаться в первый день января, когда римские консулы вступали в свою должность. Летоисчисление вели тогда от основания Рима – 747 год до Р.Х.

 

В 325 году на Первом Вселенском соборе юлианский календарь был принят и Христианской Церковью, а в 525 году римским монахом Дионисием Малым было предложено так называемое «Христово летоисчисление». Точкой отсчета новой эры стали считать Рождество Христово, что и поныне применяется в большинстве стран мира (в СССР его называли на свой лад – новая эра).

 

Так человечество жило не тужило свыше тысячи пятисот лет(!), пока в 1582 году папа римский Григорий XIII не решил реформировать старый календарь, пытаясь справиться с неизбежными календарными погрешностями.

 

Он ввел в обиход новый, григорианский календарь, по которому сейчас ведет временной отсчет весь западный мир. Год по этому «новому» календарю равен 365,2425 суток. Разница между старым и новым стилями тогда составляла 10 суток.

 

В России с принятием христианства в X веке был введен в обиход юлианский календарь, однако летоисчисление велось от Сотворения мира. До тех пор, пока на ее исторической арене не появился царь-реформатор Петр I. Одним росчерком его пера 7208 год от Сотворения мира стал 1700 годом по Рождеству Христову. И если в X – XV веках началом года на Руси считалось 1 марта, а с 1492 года, при великом князе Иоанне III, – 1 сентября, то теперь, насмотревшись в Европах на тамошние новогодние забавы, 15 декабря 1699 года Петр I издал указ:

 

«Поелику в России считают Новый год по разному, с сего числа перестать дурить головы людям и считать Новый год повсеместно с 1 генваря по примеру всех христианских народов. А в знак того доброго починания поздравлять друг друга с Новым годом, и учинить сие, когда на Красной площади огненные потехи начнутся и стрельба будет. В честь Нового года детей забавлять, на санях катать с гор, а взрослым людям пьянства и мордобоя не учинять, на то других дней хватает». Так отныне и навсегда этот праздник был закреплен в российском календаре 1-го числа января месяца.

 

Шло время, и в веке XIX все чаще народ русский, а вернее, наиболее «прогрессивная» часть интеллигенции (так называемые западники) стала примериваться к западному образу жизни. Рано или поздно, дошло дело и до нового стиля, что встретило в 90-х годах позапрошлого века сопротивление большинства членов Русского астрономического общества. Ну а когда в революционные годы «весь мир до основанья» был разрушен, большевики не замедлили направить нашу жизнь в западное русло, добавив декретом СНК РСФСР от 24 января 1918 года в календарь уже 13 дней. «Всего-то!» – скажете вы. Но эти «лишние» деньки привели к такой путанице…

 

Если раньше, по старому стилю (кстати, Русская православная церковь придерживается его и по сей день), все шло своим чередом, логично и завершенно: Рождественский пост предшествовал великому празднику Рождества Христова, после которого через шесть дней встречали очередной Новый год, то теперь главным и первым в нашей до недавнего времени атеистической стране стал в общем-то обычный день календаря (весьма условный, заметьте!), а праздник Рождества – как бы второстепенным (не прошли даром 80 лет советского «плена»). Хотя эти праздники просто несопоставимы – день, когда родился Спаситель мира, и день начала очередного календарного года! Кстати, Рождество стало главным религиозным праздником в Европе с 1100 года, Новый год здесь празднуют единицы.

 

К сказанному остается добавить лишь одно: действительно, 25 декабря в городе Вифлееме родился долгожданный Спаситель мира, Господь наш Иисус Христос. И этот величайший и знаменательнейший день в судьбе всего человечества христиане отмечают вот уже две с небольшим тысячи лет. По разным календарям: Православная церковь – по юлианскому, католический мир – по григорианскому.

 

И наконец. Многие православные люди до сих пор считают, что настоящий Новый год приходит, как ему и положено, в ночь с 31 декабря на 1 января – по юлианскому календарю (с 13 на 14 января по новому стилю) и отмечают именно его. Это наш добрый знакомец – старый Новый год.

 

ОТКУДА ЕЛОЧКА?

 

Без чего новогодний праздник – не праздник? Конечно же, без разукрашенной елки. Интересно, что этот обычай придумали вовсе не наши далекие пращуры, как думают многие, хотя елок у нас – пруд пруди. Те же ученые говорят, что обычаю украшать вечнозеленое деревце уже более двух тысяч лет. Своими корнями, так сказать, он уходит в языческую мифологию и культуру кельтов, японцев, тибетцев… К примеру, кельты считали, что ель – священное дерево, в ветвях которого обитает добрый дух лесов; она олицетворяла бессмертие и вечную молодость, смелость и верность из-за своей вечнозелености. Аналогичные по смыслу верования были и у восточных народов.

 

Первые наряженные елки появились в XVI веке на территории современной Франции. По словам летописца, «на Рождество здесь устанавливают в домах елки, а на их ветви навешивают розы из цветной бумаги, яблоки, печенье, кусочки сахара и мишуру». Этот приятный обычай скоро перешел к соседям-немцам, а затем распространился и по всей Европе. Около 200 лет назад пышных красавиц стали уже регулярно устанавливать в королевских и царских дворцах Франции, Германии, Англии, Норвегии, Дании и России.

 

У нас первая елка появилась благодаря Петру I, любителю голландских и немецких нововведений. Однако после его смерти этот указ, впрочем, как и многие другие, был позабыт.

 

Традиция ставить елку, но уже не новогоднюю, а рождественскую, вернулась в Россиютолько в 20-х годах XIX века. Хотя сначала она была, скорее, частной, нежели общественной – в домах петербургских немцев. Отдавая дань национальным традициям, небольшую елочку здесь ставили в центр стола, к ветвям прикрепляли свечи, конфеты, пряники, орехи. Не была исключением в этом смысле и царская семья: по инициативе Александры Федоровны, урожденной Шарлотты Прусской, супруги императора Николая I, в 1819 году в Аничковом дворце впервые поставили рождественскую елку.

 

Через три года эта замечательная традиция стала уже всеобщей – сначала ослепительные огни на стройной зеленой красавице с «вифлеемской звездой» на верхушке зажглись в помещении Екатерининского (ныне Московского) вокзала в Петербурге, а уже к концу XIX века елка стала главным украшением городских и деревенских домов повсеместно. Уточню: на Рождество Христово, ведь Новый год был всего лишь естественным продолжением рождественских праздников. Собственно, как оно и должно быть.

 

В веке ХХ рождественские елки «просуществовали» до 1918 года, когда вследствие борьбы с «опиумом для народа» стали уничтожаться любые традиции, сохранявшие хоть какую-то связь с царским режимом. Как символ Рождества, елку даже запретили на целых 17 лет. Только в 1935 году был организован первый новогодний детский утренник – естественно, уже с новой смысловой окраской: праздничная встреча Нового года… С 1949 года этот день сделали нерабочим.

 

ДЕД МОРОЗ – САНТА-КЛАУС

 

Во многих странах мира символом Нового года до недавнего времени был Дед Мороз. Каждый народ называл его по-своему, иногда очень смешно: Йолупукки (финны), Дэда Мраз (хорваты), Ноэль Баба (турки)... Кажется, что этот добрый старик с белоснежной бородой существовал всегда, однако ему всего лишь 200 с небольшим лет. Образ Деда Мороза складывался постепенно, и каждый народ вносил в него что-то свое исконное, но обязательными его атрибутами были белые усы и борода, рукавицы и мешок с подарками.

 

Вот, собственно, из-за этого самого мешка с подарками и произошла очередная путаница, приведшая к тому, что в Англии и Америке традиционного Деда Мороза стали называть… Санта-Клаус. А потом и во многих других странах так же: Санта-Николас (в Бельгии), Святы Микалаус (в Чехии), Сайте-Каас или Синтер Клаас (в Голландии)… Все эти имена переводятся на русский язык одинаково – Святой Николай.

 

Кто же был этот самый святой Николай, которого почитают во всем мире, хотя и в абсолютно выдуманном образе? Ответ на этот вопрос дает его жизнеописание.

 

Будущий святой родился около 270 года в городе Патаре, в Ликии, на южном берегу Малой Азии. Его знатные и богатые родители до глубокой старости не имели детей. Наконец по их горячим молитвам Господь даровал им сына, которого они назвали Николай, что значит «побеждающий народ». С юных лет почти все свое время мальчик проводил в церкви. Когда его родители умерли, оставив богатое наследство, для Николая не было никакого сомнения в том, что оно должно быть употреблено для помощи нуждающимся. Такой случай вскоре представился.

 

Неподалеку проживал некогда знатный и богатый человек, впавший теперь в крайнюю нужду. Исчерпав все возможности для выхода из тяжелого положения, он решился на крайнюю меру: поступиться честью своих трех красавиц-дочерей. Узнав об этом, святой Николай решил им помочь. Трижды по ночам он подкрадывался к их убогому жилищу и бросал в окно по мешочку с золотом. Вскоре сестры удачно вышли замуж, торговые дела купца пошли на лад, и он в свою очередь стал тоже помогать людям.

 

Тем временем Николай стал чтецом в церкви, затем принял сан священника. Когда же его возвели в сан епископа города Миры, он остался таким же добрым, отзывчивым и заботливым. Двери его дома не закрывались – он одинаково помогал и сильным мира сего, и беднякам; был отцом сиротам, кормильцем нищих, утешителем плачущих, заступником обижаемых...

 

Святой Николай скончался в 342 году, но его кончина не прекратила благодеяний: бесчисленные чудеса, одно удивительнее другого, не переставали и не перестают прославлять его святое имя.

 

Особое почитание святого Николауса в Германии началось уже c VI века, в Риме – с VIII века, а потому уже в Средние века здесь и в других странах Европы установился добрый обычай: в Николин день, 19 декабря, дарить детям подарки, следуя его примеру.

 

Но вот незадача: когда через две с небольшим недели затем наступало Рождество Христово со своими «подарочными» традициями (уже из библейского прошлого), без подарков опять обойтись было невозможно.

 

А потому со временем обе эти «подарочные» традиции соединились воедино, став в конечном итоге непременным атрибутом рождественского праздника. А святой Николай превратился в… доброго волшебника, дарящего детям подарки и исполняющего их заветные желания. И уже с Х века в Рождество немецких детей поздравлял именно Санта-Клаус, с XIII века в Польше уже от его имени в школах раздавали рождественские стипендии. Дальше – больше: со временем этот самый Санта-Клаус просто «подмял» под себя и Деда Мороза (Новый год ведь второстепенный праздник), хотя и сохранил некоторые детали его внешнего вида.

 

Сегодняшний Санта-Клаус – совместное детище голландцев, американцев и англичан. Над ним мучились долго: то закутывали в плащ, то придавали ему облик стройного курильщика-трубочиста, подбрасывающего свои подарки через дымоходы, то изображали с пышными бакенбардами, одетым в меха с головы до ног… Бороду нарисовал ему в 1860 году американский художник Томас Найт. Затем его одели в красную шубу, отороченную мехом. Образ добродушного толстяка с непременным мешком с подарками придумал англичанин Тенниел.

 

А потом как-то незаметно этот вездесущий Санта-Клаус стал символом Рождества! Первое его появление в этом качестве случилось в 1885 году в Америке: на первой рождественской поздравительной открытке (по примеру англичан) уже был нарисован он – в красных мантии и шапочке, с белыми бакенбардами и густыми бровями, с красным носом и мешком, полным подарков.

 

Еще через 50 лет, в 1931 году, по заказу компании «Кока-кола» (нужна была неизбитая торговая марка нового газированного напитка) художник Хеддон Сандблом в рамках рекламной акции «Санта-Клаус тоже пьет кока-колу!» «модернизировал» знакомый всем образ. Он придумал некий гибрид гнома с Дедом Морозом – в красном колпаке с белой опушкой и красных же коротком кафтане и штанах с бутылкой кока-колы в руках. Придумка оказалась весьма удачной – с того времени этот полугном-полудед является еще и «лицом» этой компании, обороты которой от этого только «набирают ход».

 

Бог с ними – с «Кока-колой» и ее капиталами… Удивляет другое: почему «ее лицо» все еще носит имя святого Николая и является рождественским символом? Не кощунственно ли это?

 

Правда, в последних числах 2006 года СМИ (в частности, газета «Труд» от 26 декабря) преподнесли читателям своеобразный предрождественский подарок, сообщив о том, что отныне в Германии и Австрии запрещено использовать санта-клаусский бренд в рождественской символике – «по христианской традиции подарки под Рождество раздает Святой Николай, а вовсе не англоговорящий дед в красных одеждах». Хорошо бы, чтобы только этими двумя странами это запоздалое начинание не ограничилось!

 

Ольга ГЛАГОЛЕВА

Комментарии ‘0

Для отправки комментариев необходимо авторизоваться